ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ

Закрытая черепно-мозговая травма встречается существенно почаще, чем открытая. По данным Ю. Д. Арбатского (1971), закрытые черепно-мозговые травмы составляют 90,4 % всех травматических поражений мозга. Этим обстоятельством, также значительными трудностями, возникающими при врачебно-трудовой (О. Г. Виленский, 1971) и судебно-психиатрической (Т. Н. Гордова, 1974) экспертизе, разъясняется и значение патопсихологических исследовательских работ в отдаленный период закрытой ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ черепно-мозговой травмы.

В течении черепно-мозговой травмы выделяют 4 стадии (М. О. Гуревич, 1948).

I — исходная стадия наблюдается конкретно после травмы и характеризуется
потерей сознания различной глубины (от комы до обнубиляции) и разной продолжительности (от
нескольких минут и часов до нескольких дней), что находится в зависимости от тяжести травмы головы ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ. По
окончаний этой стадии наступает амнезия, время от времени неполная. В исходной стадии бывают
нарушения кровообращения, время от времени кровотечение из ушей, гортани, носа, рвота, пореже —
конвульсивные припадки. Исходная стадия продолжается до 3 сут. Развивающаяся в это время
в большей степени общемозговая симптоматика вроде бы прячет признаки локального
поражения мозга. Функции организма в ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ конце стадии восстанавливаются от
филогенетически более старенькых к более новым, позднее полученным в онто-и филогенезе:
сначала — пульс и дыхание, защитный рефлекс, зрачковые реакции, потом возникает
возможность речевого контакта.

II — острая стадия характеризуется оглушением, которое часто остается, когда нездоровой
выходит из исходной стадии. Время от времени состояние нездоровых припоминает опьянение. Эта стадия
продолжается ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ некоторое количество дней. Общемозговая симптоматика идет на убыль, но начинают проявляться
симптомы локального значения. Свойственны астенические признаки, резкая слабость, адинамия,
боль в голове и головокружения. В этой стадии отмечаются и психозы, протекающие в форме
реакций экзогенного типа,— делирий, корсаковский синдром. При отсутствии экзогенных


причин, осложняющих течение острой стадии, нездоровой или выздоравливает, или его состояние стабилизируется ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ.

III — поздняя стадия, которой характерна неустойчивость состояния, когда еще не
на сто процентов пропали симптомы острой стадии, также нет еще полного излечения либо
окончательного дизайна резидуальных конфигураций. Любые экзогенные и психогенные
вредности приводят к ухудшению психологического состояния. Потому в этой стадии часты
преходящие психозы и возникающие на астенической почве психогенные реакции.

IV — резидуальная ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ стадия (период отдаленных последствий) характеризуется стойкими
локальными симптомами вследствие органического поражения ткани мозга и
многофункциональной дефицитностью в большей степени в виде общей астенизации и вегето-
сосудистой неустойчивости. В этой стадии определяется течение заболевания по типу
травматической церебрастении либо травматической энцефалопатии. Вариантом последней Р. А.
Наджаров (1970) считает и травматическое полоумие.

Исходной и острой ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ стадиям черепно-мозговой травмы присущ регредиентный нрав. Интеллектуально-мнестическая дефицитность в этих стадиях носит существенно более твердый нрав, чем в предстоящем. Это отдало основания В. А. Гиляровскому (1946) гласить об осо'бой псевдоорганической деменции, возникающей вследствие черепно-мозговой травмы. Когда исчезают симптомы, обусловленные многофункциональными компонентами травматического поражения мозга, остается органическое ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ ядро полоумия, и течение заболевания на долгое время становится более размеренным.

В ряде всевозможных случаев полоумие у нездоровых, перенесших черепно-мозговую травму, носит прогредиентный нрав. Такое полоумие Т. Н. Гордова (1974) обозначала как следующее, в отличие от регредиентного (резидуального). Время от времени прогрессирование полоумия можно увидеть после пары лет размеренной ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ медицинской картины посттравматического психологического недостатка. По воззрению М. О. Гуревича и Р. С. Повицкой (1948), такое полоумие не является фактически травматическим, оно связано с дополнительными экзогенными вредностями. В. Л. Пивоварова (1965) в случаях поступательного развития посттравматической деменции не присваивает дополнительным вредностям этиологического значения. Последние, по ее воззрению, играют ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ роль пускового механизма, вызывающего поступательное развитие травматического поражения мозга, существовавшего и до того в возмещенном состоянии. По нашим наблюдениям (1976), картина деменции в этих случаях не соответствует степени выраженности и нраву дополнительных патогенных причин. Степень умственного понижения существенно больше, чем можно было бы ждать, исходя из оценки одной только атеросклеротической патологии либо ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ признаков алкоголизма. Обозначенные вредности содействуют прогредиентности травматического полоумия, но течение этой дополнительной патологии также значительно видоизменяется под воздействием травматической церебральной патологии. Происходит вроде бы типичное двухстороннее потенцирование идущих рядом патологических процессов, отражающее присущий им патологический синергизм, Так, в отдаленной стадии черепно-мозговой травмы присоединение-начального церебрального атеросклероза ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ содействует резкому нарастанию деменции, а потом уже отмечается неблагоприятное течение сосудистого заболевания, без ремиссий, с частичными наточенными нарушениями мозгового кровообращения и злокачественной артериальной гипертензией.

Как всякое болезнь экзогенно-органического генеза, последствия черепно-мозговой травмы характеризуются сначала астенией, проявляющейся клинически и патопсихологически завышенной истощаемостью, которую Б. В. Зейгарник (1948) именует кардинальным ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ признаком посттравматических конфигураций психологической деятельности. Эта истощаемость находится при исследовании в патопсихологическом опыте ума и его предпосылок. Посттравматическая мозговая патология очень изредка протекает


без интеллектуально-мнестических нарушений. По наблюдениям Б. В. Зейгарник, такая интактность психики отмечается приемущественно при проникающих ранениях задних отделов мозга.

Б. В. Зейгарник показала, что посттравматическая истощаемость не является ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ однородным понятием. В ее структуре создатель выделяет 5 вариантов.

1. Истощаемость носит нрав астении и проявляется в понижении работоспособности к
концу выполняемого нездоровым задания. Темп умственной работоспособности,
определяемый при помощи таблиц Крепелина либо поиска чисел в таблицах Шульте, становится
все более неспешным, на 1-ый план выступает количественно определяемое ухудшение
работоспособности.

2. В неких ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ случаях истощаемость носит не диффузный нрав, а воспринимает форму
очерченного симптома, проявляется в виде нарушений какой-нибудь определенной функции,
к примеру в виде истощаемости мнестической функции. Кривая запоминания 10 слов в этих
случаях носит извилистый нрав, узнаваемый уровень достижений сменяется спадом
мнестической продуктивности.

3. Истощаемость может проявляться в виде нарушений мыслительной деятельности. У
нездоровых отмечаются поверхностность ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ суждений, затруднения в выделении существенных
признаков предметов и явлений. Такового рода поверхностные суждения носят преходящий
нрав и являются следствием истощаемости. Уже малозначительное психическое напряжение
оказывается для больного» непосильным и приводит к выраженной истощаемости. Но такового
рода истощаемость нельзя соединять с обыкновенной утомляемостью. При завышенной
утомляемости идет речь о нарастании, по мере продолжительности исследования, количества ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ ошибок
и ухудшении временных характеристик. При всем этом же виде истощаемости происходит временное
понижение уровня умственной деятельности. Уровень обобщения у нездоровых в целом не
снижен, им доступны довольно дифференцированные решения отдельных достаточно сложных
заданий. Соответствующая особенность этого нарушения заключается в неустойчивости метода
выполнения задания. Адекватный нрав суждений нездоровых оказывается нестойким.
Выполняя какое-либо более либо ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ наименее долгое задание, нездоровые не задерживают верный
модус деятельности, верные решения чередуются с неверными, просто корригируемыми в
процессе исследования. Б. В. Зейгарник (1958, 1962) обусловила таковой вид нарушений
мышления как непоследовательность суждений. Она находится приемущественно при
таких экзогенно-органических заболеваниях, как церебральный склероз, и последствиях
черепно-мозговой травмы.

4. Истощаемость может приближаться к завышенной психологической пресыщаемости ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ. При
долговременной однотонной деятельности выполняемая обследуемым работа начинает тяготить его,
меняются скорость и ритм выполнения задания, возникают варианты в модусе деятельности:
заместо предписанных аннотацией значков обследуемый начинает отрисовывать другие, отходя от
данного эталона. Пресыщаемость свойственна и для здоровых, но у перенесших черепно-
мозговую травму она наступает ранее и носит более ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ твердый нрав. В особенности верно этот вид
истощаемости находится при помощи специальной методики для исследования
пресыщения (A. Karsten, 1928).

5. В ряде всевозможных случаев истощаемость проявляется в виде невозможности образования самого
психологического процесса, в первичном понижении церебрального тонуса. В качестве примера Б. В.
Зейгарник приводит временами наступающие у нездоровых, перенесших закрытую черепно-
мозговую травму, нарушения узнавания, когда ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ показываемый обследуемому предмет либо его
изображение определяются по родовому признаку. Нарисованную грушу таковой нездоровой
определяет словом «фрукты» и т. п.

Завышенная истощаемость охарактеризовывает психологическую деятельность нездоровых в отдаленный период черепно-мозговой травмы и является признаком, очень принципиальным при


отграничении такового рода болезненных состояний от снаружи схожих, к примеру по мере надобности ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ дифференциальной диагностики меж симптоматической посттравматической и настоящей эпилепсией. Она находится при патопсихологическом исследовании памяти, внимания, умственной работоспособности и мыслительной деятельности. Изучающий не может ограничиться тем, что определяет наличие завышенной истощаемости в одном из перечисленных видов деятельности хворого в ситуации исследования; он должен дать довольно полную характеристику истощаемости в согласовании с ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ приведенной типологией. Истощаемость больше выражена в период, конкретно последующий за исходной и острой стадиями, когда, по данным Б. В. Зейгарник, еще верно не обусловился нрав нарушений психологических функций,— пойдут они по регрессивному либо прогредиентному типу, что свидетельствует о динамичности самого нарушения. Истощаемость психологических функций находится и в довольно ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ отдаленный период черепно-мозговой травмы, усиливаясь с присоединением патосинергических причин, интеркуррентной соматической патологии.

Обнаружение истощаемости, ее высококачественная черта и определение степени выраженности могут иметь принципиальное экспертное значение, содействовать уточнению нозологической диагностики и личного прогноза. О. Г. Виленский (1971) отмечает, что патопсихологическое исследование помогает уточнить не только лишь нрав медицинской симптоматики ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ, да и многофункциональный диагноз посттравматических состояний и даже имеет в ряде всевозможных случаев, решающее значение в определении степени утраты трудоспособности. С этой целью исследование у лиц, перенесших черепно-мозговую травму, создатель создавал при помощи специального набора метоА дик (заучивание 10 слов, таблицы Крепелина, способ совмещения по В. М. Когану, таблицы Шульте ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ). Все эти методики применялись для анализа колебаний уровня достижений при осуществлении долговременной деятельности. Таким макаром, в опыте создавалась, ситуация, содействующая выявлению истощаемости и определению стойкости модуса деятельности. В итоге исследовательских работ О. Г. Виленским установлено, что общими особенностями динамики деятельности при посттравматических астенических состояниях являются краткосрочные врабатываемость и ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ упражняемость, стремительно сменяющиеся утомлением. По нашим наблюдениям, соотношения меж врабатываемостью и упражняемостью, с одной стороны, и истощаемостью — с другой, зависят от степени выраженности травматического поражения, посттравматической энцефалопатии. Чем больше выражены энцефалопатические конфигурации, тем наименее значительны проявлеяия врабатывамости. Таковой же параллелизм можно установить и меж степенью умственного понижения и ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ нивелированием врабатываемости.

Выраженное травматическое полоумие встречается не так нередко. По данным А. Л. Лещинского (1943), травматическое полоумие определялось у 3 из 100 лиц, перенесших черепно-мозговую' травму, по Л. И. Ушаковой (1960),—у 9 из 176. Н. Г. Шумский (1983) показывает, что травматическое полоумие посреди расстройств отдаленного периода составляет 3—5 %.

Если не считать случаев развития травматического полоумия по патосинергическим ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ механизмам, оно почаще является следствием томных контузий мозга с переломом основания черепа и открытых черепно-мозговых травм. Р. С. Повицкая (1948) установила, что при закрытой травме головы в большей степени мучаются лобные и лобно-височные отделы коры огромного мозга. В итоге этого нарушается деятельность более дифференцированных и ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ позднее сформированных в генетическом отношении систем мозга. По воззрению К). Д. Арбатского (1971), патология этих же отделов мозга имеет огромное значение в формировании посттравматической деменции.

Клинические проявления посттравматической деменции довольно многообразны: можно выделять варианты, оформляющиеся по типу обычного полоумия, псевдопаралича,


параноядного полоумия, характеризующиеся в большей степени аффективно-личностными нарушениями. В. Л. Пивоварова ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ выделяет 2 главных варианта синдромов посттравматического полоумия: обычное травматическое полоумие с упорядоченностью поведения при наличии некой аффективной неустойчивости; психопатоподобный синдром (непростой вариант полоумия), при котором наблюдаются расторможенность влечений, истерические проявления, время от времени — эйфория, дурашливость, завышенная самооценка.

В связи с этим в психической диагностике посттравматического органического синдрома принципиальное ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ значение получают исследования личности. Отдаленный период закрытой черепно-мозговой травмы в большинстве случаев отмечается выраженными характерологическими переменами при малозначительном либо умеренном понижении интеллектуально-мнестической деятельности (характеропатический вариант органического психосиндрома по Т. Bilikiewicz, 1960).

В ситуации исследования эти нездоровые в большинстве случаев обнаруживают выраженную аффективную лабильность (с ней в известной мере Б ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ. В. Зейгарник связывает и истощаемость психологических процессов). Личностные проявления у нездоровых, перенесших в прошедшем черепно-мозговую травму, отличаются огромным многообразием не только лишь по медицинской картине, да и по данным патопсихологического исследования. Завышенный нейротизм смешивается с интроверсией, но почаще с экстраверсией. При исследовании по методике Дембо — Рубинштейн в большинстве ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ случаев отмечается полюсная самооценка — очень низкая по шкалам здоровья и счастья, очень высочайшая по шкале нрава. На самооценку хворого накладывает отпечаток выраженная аффективная лабильность, очень просто появляется самооценка ситуационно-депрессивного типа, в особенности по шкале настроения. При псевдопаралитическом варианте полоумия самооценка носит эйфорически-анозогнозический нрав. В известной мере ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ клиническим проявлениям соответствует соответствующий для хворого уровень притязаний. Так, при неврозо- и психопатоподобных проявлениях в медицинской картине в большинстве случаев наблюдается большая хрупкость уровня притязаний, при псевдопаралитических явлениях — ригидный тип уровня притязаний, не корригируемого уровнем настоящих достижений.

Исследование особенностей личности по ММР1 мы производили при относительной умственной сохранности нездоровых. Это исследование выявляло ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ увеличение истощаемости и резвое пришествие пресыщаемости. Какой-нибудь специфичности, обусловленной черепно-мозговой травмой, при всем этом мы не находили. Приемущественно устанавливались особенности дела хворого к самому факту исследования и синдромологически определялись присущие ему личностные конфигурации в виде ипохондрических, гипотими-ческих, психопатоподобных состояний и т. п. Схожие данные получены ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ нами и при помощи опросника Шмишека — нередко отмечался сочетанный тип акцентуации. На фоне высочайшего среднего показателя акцентуации выделялись в особенности высочайшие характеристики по шкалам дистимии, возбудимости, аффективной лабильности, демонстративности.


АЛКОГОЛИЗМ

Алкоголизм является экзогенным психологическим болезнью (токсикоманией), которое при неизменном либо рецидивирующем течении приводит к формированию прогредиентного органического психосиндрома и спиртной ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ деградации личности. Разделение органического психосиндрома и личного вреда при алкоголизме носит условный нрав, эти два психопатологических синдрома тесновато переплетены, их проявления опосредованно отражают роль как био, так и соц причин. Разделение этих признаков носит в главном прагматический нрав, а в неких случаях отражает некую диссоциацию в степени ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ их выраженности.

Из этого должен исходить патопсихолог, сопоставляя получаемые им данные с медицинской чертой стадии заболевания.

Различают три стадии алкоголизма.

II — исходная стадия характеризуется психологической зависимостью от алкоголя, нарастанием толерантности к спиртному, возникновением палимпсестов, проявляющихся в частичном запамятовании отдельных событий и собственного поведения в состоянии опьянения. В этой стадии совершается ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ переход от эпизодического пьянства к периодическому.

II — развернутая стадия характеризуется неудержимым, компульсивным влечением к
алкоголю. Толерантность к алкоголю добивается максимума. Формируется абстинентный
синдром. Возникает и физическая зависимость от алкоголя. Отмечаются выраженные
нарушения сна. Вероятны спиртные психозы.

III — конечная стадия характеризуется понижением толерантности к алкоголю и
доминированием физической зависимости от него по сопоставлению с психологической ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ. Большей
выраженности добиваются психологические проявления абстинентного синдрома. Спиртные
психозы часты и обнаруживают тенденцию к протрагированному течению.

Понятие спиртной деградации относится не только лишь к заключительной стадии алкоголизма. Ее 1-ые проявления наблюдаются сначала заболевания, а с течением алкоголизма они получают все более прогредиентный и необратимый нрав.

В I стадии у ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ нездоровых алкоголизмом обнаруживаются конфигурации в протекании познавательных процессов. Это приемущественно относится к ослаблению памяти. Сначала более очевидным оказывается понижение удержания в памяти, а потом запоминания. Ассоциативная память мучается обычно при наличии спиртного полоумия. Дефицитность механического запоминания (несмысловые звукосочетания) опережает ослабление логически-смысловой памяти.

Нарушения памяти почти во всем зависят ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ от дефицитности внимания, его сосредоточения и в особенности стойкости. Почти во всем их нрав определяется доминированием в поликлинике многофункциональных либо органически-деструктивных компонент. Это находит отражение в нраве кривой запоминания 10 слов: в I и II стадиях алкоголизма она извилистая, на фоне удовлетворительных достижений мнестической функции отмечаются ее спады; в III ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ стадии кривая запоминания носят торпидный, инертный нрав и отличается очень низким уровнем достижений. Такая динамика расстройств памяти отражает формирование органического психосиндрома.

Представляет энтузиазм исследование явлений обратимости мнестической дефицитности на различных стадиях заболевания, предпринятое В. А. Худиком (1980, 1983). Понижение интеллектуально-мнестической деятельности у нездоровых алкоголизмом создатель изучал в момент поступления хворого ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ б стационар, после проведенного противоалкогольного исцеления (через 45 дней), в критериях терапевтических ремиссий и рецидивов алкоголизма в протяжении 3 лет. В процессе исцеления некое улучшение характеристик мнестической деятельности наступало приемущественно у нездоровых в исходной стадии алкоголизма, при выраженной спиртной деградации в


процессе исцеления характеристики памяти улучшались не достаточно и не достигали обычных ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ величин (рис. 28).

Такая же динамика отмечалась и при исследовании умственной работоспособности по методике Крепелина: с прогрессированием заболевания понижалась продуктивность выполнения нездоровыми задания, кривая уровня достижений носила все более торпидный нрав (рис. 29), что отражает смену гиперстенической спиртной церебрастении гипостенической формой.

Увеличение характеристик памяти, внимания, работоспособности, происходящее в связи с проведенным курсом исцеления ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ, отражает общее улучшение психологической деятельности, что почти во всем находится в зависимости от уменьшения выраженности многофункциональных компонент, участвующих в созда'вии картины дефицитности познавательной деятельности в исходной стадии заболевания. В значимой мере улучшение этих характеристик связано и с конфигурацией в итоге проведенного исцеления дела хворого к ситуации исследования, увеличением ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ его активности и рвением показать наилучшие результаты.

Для свойства психологического недостатка при алкоголизме важную роль играет определение степени выраженности и типа личных конфигураций. Информативный материал дают экспериментальные методики: личностный опросник Айзенка, исследование самооценки по Дембо — Рубинштейн, также наблюдение за нездоровыми в ситуации исследования, исследование присущего им уровня притязаний ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ. В методику Дембо — Рубинштейн для исследования нездоровых алкоголизмом мы добавили шкалы «настроение», «семейное благополучие», «служебная карьера», «контактность (синтонность)», «отношение к алкоголю».

При помощи приобретенных результатов по патопсихологическим показателям можно выделить 4 главных типа личности нездоровых алкоголизмом.

I — интровертированно-нейротический (неврозоподобный) тип. Этим нездоровым присуще
существенное повышение показателя по шкале нейротизма ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ, выраженная интровертированность,
ситуационно-депрессивная самооценка со склонностью к самообвинению, нестойкость,
хрупкость уровня притязаний. Появление неврозо-подобных проявлений связано как с
интоксикацией и ее астенизи-рующим воздействием, так и с реакцией хворого на изменение его
общественного статуса и присущей ему системы отношений при известной сохранности
критичности к собственному состоянию и пессимистическими прогностическими установками,
присущими ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ ему вне состояний опьянения. Тут существенную роль играет и усиление
преморбидных личных параметров хворого.

II — экстравертированно-нейротический (психопатоподобный) тип характеризуется
выраженной экстравертированностью, высочайшим показателем нейротизма. Тут также часты
неадекватные ситуации личностные реакции. Личностные конфигурации более размеренны и носят
нрав стойких не нормальных поведенческих реакций. Хрупкость уровня притязаний в
опыте смешивается с завышенной ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ раздражительностью. При исследовании самооценки по
Дембо — Рубинштейя отсутствуют мотивы самообвинения, интерпретации самооценки сводятся
к отысканию и порицанию фрустрирующих причин вне хворого и его жизнедеятельности.
При всем этом типе личных конфигураций в процессе исследования самооценки обнаруживаются
типичные проявления механизма психической защиты, сводящиеся к клише «все пьют»
и «я не таковой уж пьяница».

Клинически типы психопатоподобного поведения ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ в большинстве случаев оформляются как астенический, истерический, эксплозивный и апатичный синдромы (А. А. Портнов, И. Н. Пятницкая, 1971). Но апатичный синдром быстрее следует рассматривать как проявление стадии более глубочайшего поражения личности.

Экстравертированность таких нездоровых выступает при клиническом наблюдении и просто выявляется при специально построенном патопсихологическом исследовании (Т ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ. К. Чернаенко,


1970). Довольно верно экстравертированность находится при исследовании по методике Айзенка. При всем этом она смешивается с высочайшим нейротизмом и завышенной коммуникативностью (по данным самооценки по Дембо — Рубинштейн). В то же время необходимо подчеркнуть, что экстравертированность хворого алкоголизмом необыкновенна, она не только лишь чрезмерна, как об этом пишет Т ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ. К. Чернаенко, да и изменена отменно, носит патологический нрав в связи с присущими этим нездоровым переменами системы потребностей и мотивов.

Описанные выше два типа личных конфигураций при алкоголизме выделяют большая часть исследователей, использовавших с этой целью способ MMPI (К. В. Борисова, 1971; Л.Н.Собчик, В. С. Гребенников, 1971; Е. С. Меньшикова, 1980, 1981; D. M ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ. Donovan, E. F. Chaney, M. К. O'Leary, 1978). При неврозоподобном варианте в профиле личности преобладает подъем по шкалам невротическим и волнения, при психопатоподобном — по шкалам психопатии и депресии.

III — экстравертированно-анозогнозический тип. Тут экстраверсия становится бессодержательной, побудительным стимулом для экстравертированно оформленных личных реакций оказываются совсем несущественные причины окружающей реальности ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ. На 1-ый план выступают спиртная анозогнозия, беззаботное отношение к собственному истинному состоянию и к будущему. Самооценка становится грубо неадекватной. В особенности выражены механизмы психической защиты, приобретающие очевидно патологический нрав и заключающиеся в беспрекословной тенденции самооправдания. Сама попытка окружающих усомниться в здоровье хворого представляется ему неправомерной: «Непьющих я ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ не встречал», «Были ссоры дома, у кого не бывает, но вообщем и на работе, и дома все нормально» (нездоровой Ш., нанесший в состоянии опьянения супруге ножевые ранения), «Я совершенно рядом с самыми благополучными», «Когда выпью, спать ложусь, ни с кем не ругаюсь» и т. д. Самооценка этих нездоровых часто ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ очень противоречива, они все охарактеризовывают себя как людей с выраженной синтонностью, но в то же время при исследовании опросником Шмишека отмечают у себя эксплозивность, возбудимость, аффективную лабильность.

В механизмах психической защиты нездоровых алкоголизмом Ю. Е. Рахальский (1977) выделяет две стороны: «внутренняя» разъясняется первичными переменами критичности, чувственности, воли; «внешняя» связана с воздействием ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ группы — компании алкоголиков, с принятой в ней аргументацией, оценочными стереотипами.

Б. С. Братусь (1974) лицезреет в «объяснениях» нездоровых алкоголизмом не только лишь проявления защитных личных устройств. Основную причину их он усматривает в присущих этим нездоровым конфигурациях мотивационной сферы. Алкоголь в очах хворого воспринимается уже не только лишь как ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ средство, удовлетворяющее его личные потребности, да и как средство, нужное для ублажения определенных потребностей всех людей. Потому к оправданиям нездоровой алкоголизмом прибегает обычно при особенных обстоятельствах после эксцессов либо в связи с госпитализацией, а в остальном его позиция относительно потребления алкогольных напитков носит быстрее наступательный нрав. Это проявление соответствующих для ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ нездоровых алкоголизмом нарушений иерархии мотивов и потребностей.

С механизмами патологической психической защиты, непременно, связан типичный спиртной юмор — тонкий, твердый, меркантильный. Явления спиртного юмора, соответствующей для этих нездоровых бравады, обнаруживаются в целенаправленной беседе с ними, но еще легче они выявляются при исследовании самооценки по Дембо — Рубинштейн, время от времени — при ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ помощи методики ТАТ.

Нездоровой С. (II стадия алкоголизма) обрисовывает картину ТАТ, на которой изображен профиль человека в оконном просвете, последующим образом: «Студент К. Имел одну маленькую слабинку — обожал испить. Обычно он делал это не в общежитии. Единственным неудобством таких гулянок было то, что ворачиваться было надо через окно ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ, чтоб не попадаться сварливой вахтерше. Вот и сейчас студент К. не изменил собственной привычке. Вприбавок ему к тому же подфартило—


сейчас окно было открыто. «Вот хорошо» — помыслил студент К. Залез на окно, кровать была рядом...».

Тут, кроме проявлений спиртного юмора, направляет на себя внимание типичная брутальная позиция рассказчика, его ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ очевидное пренебрежение к лицам, мешающим пьянствовать, тенденция показать конфликт со средой как проявление недостаточно обоснованной злости со стороны представителей среды, рвение уйти от конфликтной ситуации, обойти ее, уклонение от решения трудности.

В юморе алкоголиков, как и в приведенном примере, нередко виден элемент злости, направленной против окружающих. Этому явлению присваивает огромное значение ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ, а именно при различении добродушия нездоровых алкоголизмом и лиц, страдающих органической патологией лобных отделов мозга, Б. С. Братусь (1974). Конкретно компонент злости, по Б. С. Братусю, присваивает спиртному юмору сумрачный нрав. Высмеиваются близкие, сослуживцы, друзья, часто перед случайным слушателем нецеремонно обнажаются интимные моменты домашней жизни хворого. Более того, Б. С. Братусь ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ отмечает, что нездоровые алкоголизмом совсем не владеют развитым чувством юмора. С углублением спиртной деградации личности они испытывают все огромные затруднения по мере надобности осознать смысл юмористического рисунка, шуточку. Забавным в их очах становится то, что не представляется забавным здоровому, и высмеивание этого «смешного» носит все более злой нрав ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ.

При исследовании спиртного психологического недостатка огромное значение приобретает оценка сохранности у хворого критичности. Критичность, которая С. Л. Рубинштейном (1946) рассматривалась как вершинное образование личности, в патопсихологии расценивается как принципиальный аспект оценки психологической деятельности (Б. В. Зейгарник, 1962, 1969; И. И. Кожуховская, 1972, 1974). По Б. В. Зейгарник (1968), критичность является фактором, свидетельствующим о личной сохранности нездоровых ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ. Различают (И. И. Кожуховская, 1972) три нюанса критичности: к своим суждениям, действиям и высказываниям; к для себя, к оценке собственной личности; к своим психопатологическим переживаниям. Это деление критичности на разные виды в известной мере условно, к примеру оценка собственной личности, непременно, просит сохранности критичности к своим суждениям ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ и т. п. Признавая взаимосвязанность перечисленных видов критичности, в критериях исследования и при подготовке заключения патопсихолог употребляет эти категории для уточнения нрава преимущественного нарушения критичности.

Соответствующие для алкоголизма конфигурации критичности появляются в нарушениях критичности в мыслительной деятельности, обнаруживаемых при помощи предложенной нами вместе с В. А. Худиком (1982) методики, улавливающей ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ затруднения хворого в проверке и исправлении результатов собственной деятельности и при анализе самооценки. С этой целью В. А. Худик (1983) самооценку нездоровых алкоголизмом сопоставлял с беспристрастной оценкой по этим же показателям, производимой родственниками и близкими хворого. Расхождения в самооценке и беспристрастной оценке при использовании опросника Айзенка и методики Дембо — Рубинштейн увеличивались ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ по мере нарастания психологического недостатка. Установлено, что в течения заболевания нарушения самооценки выявляются ранее, чем расстройства критичности в познавательной деятельности, еще до сформирования выраженного спиртного полоумия. Нарушения критичности — принципиальный беспристрастный аспект спиртной деградации.

IV — апатически-интровертированный тип является выражением грубой спиртной деградации личности и характеризуется аспонтанностыо в купе ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ с «пустой» интровертированностью, свидетельствующей об утрате соц контактов, об уходе от реальной реальности, о совершенном отсутствии энтузиазма к происходящему.

Предлагаемая тут систематика типов личных конфигураций при алкоголизме не может, как и всякая другая, претендовать на исчерпающий нрав. Но, беря во внимание то, что


выделенные типы личных конфигураций отражают картину спиртной психологической деградации ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ не столько в поперечном сечении, сколько в динамике, они могут содействовать определению стадии заболевания, степени и нрава психологического недостатка. Установление типа личных конфигураций может быть применено для психотерапевтической и реабилитационной работы, включающей и психокоррекционные занятия, проводимые психологом.

Для получения беспристрастного представления о нездоровом патопсихолог сопоставляет обнаруженные у него ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ личностные конфигурации с данными об интеллектуально-мнестическом уровне. Динамика этого уровня — от малозначительных и в известной мере обратимых нарушений памяти и отдельных корригируемых в процессе исследования неверных суждений по типу недостаточной последовательности до грубых проявлений спиртного полоумия с нарушениями критичности в мыслительной деятельности — охарактеризовывает степень выраженности органически-деструктивных конфигураций в ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ мозге.

Патопсихологических исследовательских работ при спиртных психозах проводится не достаточно. Такового рода исследование было предпринято в нашей лаборатории у нездоровых с спиртным делирием (И. Б. Омелаенко, 1983). Для исследования применен как более адекватный поставленной задачке способ Роршаха. Прослежена точная динамика перцепции при сопоставлении характеристик, получаемых при помощи способа Роршаха, на ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ разных стадиях белоснежной горячки. А именно, на высоте психоза обнаруживались грубые расстройства восприятия — оптико-гностические, цветоощущения, понижение аналитико-синтетических способностей, хаотичность восприятия, элементы персеверации и конфабуляции. В сфере личных особенностей отмечался сдвиг к интроверсии, импульсивная, неуправляемая аффективность. Интерпретация изображений сводилась к спиртной теме, отмечался угрожающий нрав воспринимаемых нездоровым образов. По ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ выходе из белоснежной горячки на фоне восстановления перцептивной деятельности обнаруживались остаточные явления психоза (затруднения цветоощущения, явления неадекватного аффективного синтеза), отмечался сдвиг в сторону экстратенсии.

ОЛИГОФРЕНИЯ

Под олигофренией понимают группу болезней различной этиологии, общим и обычным для которых является психическое недоразвитие. Сначала это проявляется в умственной дефицитности и характеризуется синдромом ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ относительно размеренного, не прогрессирующего полоумия. Но умственная дефицитность не исчерпывает всей картины олигофрении. У олигофренов отмечается недоразвитие и других параметров — чувственности, моторики, восприятия, внимания.

Олигофреническое полоумие отличается от полоумия вследствие обретенных в зрелом либо приклонном возрасте органических болезней мозга. При последних происходит распад уже имевшихся психологических параметров, а при ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ олигофрении эти характеристики не развиваются. Сначала это относится к более поздним в филогенетическом отношении проявлениям психологической деятельности. Так, для олигофренов типично недоразвитие, дефицитность понятийного, абстрактного мышления. Мышление олигофренов носит в большей степени определенный нрав. Эта особенность олигофренического мышления различно выражена у различных нездоровых и прямо связана с ПОСЛЕДСТВИЯ ЗАКРЫТОЙ ЧЕРЕПНО-МОЗГОВОЙ ТРАВМЫ глубиной полоумия.


posrednik-dolzhen-povishat-cennost-produkta.html
posredstvom-informacionno-telekommunikacionnoj-seti.html
possessive-case-prityazhatelnij-padezh.html